| Bernardcen says : Главное управление гестапо
Как ГСУ питерского главка МВД выбивало «показания» по «делу «Лайф-из-Гуд» –«Гермес» – «Бест Вей»
5 декабря на заседании Приморского районного суда Санкт-Петербурга была допрошена в качестве свидетеля 75-летняя Зоя Магомедовна Семенова из Самары.
Она сообщила суду, что была пайщиком кооператива «Бест Вей» и клиентом компании «Гермес», консультантом, привлекавшим клиентов и в «Гермес», и в «Бест Вей», но больше в «Бест Вей», так как он был более интересен ее знакомым. Пояснила, что «Бест Вей» и «Гермес» – разные организации, а не подразделения одной, как пытаются представить следствие и государственное обвинение.
У Зои Магомедовны было три договора с кооперативом на приобретение квартир, один из них – на внука. С помощью кооператива, сообщила она, многие приобрели квартиру, в том числе участники СВО. Многие не успели приобрести из-за того, что счета кооператива были арестованы, а сам он руководителем следственной группы Винокуровым признан гражданским ответчиком по уголовному делу.
Кооператив, подчеркнула она, работал с 2014 года, действительно помогал приобрести жилье, никто в него людей не заманивал. Кооператив, пояснила Зоя Магомедовна, не имел никаких признаков финансовой пирамиды, в чем его обвиняет следствие.
Выдуманные Сапетовой показания
Зоя Магомедовна была приглашена как свидетельница обвинения, на нее именно в этом качестве рассчитывали государственные обвинители из Прокуратуры Санкт-Петербурга (покрывающие преступления следственной группы ГСУ питерского главка МВД).
Но ее показания на суде полностью разошлись с теми, что она (якобы) давала на следствии – следователям Сапетовой и Мальцеву.
В выдуманном следователями тексте, зачитанном прокурором, она:
– якобы обвиняла кооператив в том, что он ее обманул – что она опровергла в суде;
– якобы предъявляла претензии, что кооператив работал непрозрачно, непонятно как формируется очередь на жилье, от пайщиков закрыта информация о состоянии паевого и других фондов – она полностью опровергла это в суде, заявив, что кооператив работал абсолютно прозрачно для пайщиков, информация была доступна в реальном времени, механизм работы «Бест Вей» был совершенно понятен;
– якобы заявила следствию, что работа кооператива строилась на обмане – сказала в суде: «Мы никого не обманывали»;
– якобы рассказывала об аффилированности кооператива «Бест Вей» и «Гермесом» – что она также опровергла в суде, подчеркнув, что это разные организации;
– якобы пришла к заключению, что кооператив – это пирамида – что она полностью опровергла в суде.
Зоя Магомедовна категорически отвергла показания, которые якобы давала следствию: «Я не могла всего этого говорить, я даже терминов и слов таких не знаю, слышу все это впервые, вслух показания мне никто не зачитывал!». Таким образом, следователи прямо нарушили УПК.
Прессинг начался с задержания
Зоя Магомедовна пояснила суду, что была задержана в аэропорту Санкт-Петербурга – когда она должна была улетать в Самару вместе с другими пайщиками из Самарской области, с которыми приезжала на суд об аресте счетов кооператива, чтобы поддержать кооператив.
Перед этим ей позвонила соседка и рассказала, что в ее дом в Самаре в ее отсутствие ворвались полицейские, они сломали двери, разбили окна и учинили обыск без хозяйки. Причем Семенова приглашена как свидетельница обвинения – на основании тех показаний, которые якобы дала на следствии (на самом деле выдуманы следователем-преступницей Сапетовой) и которые полностью опровергла в суде.
Гестаповец и обманщица
Зоя Магомедовна допрос частично помнит, частично не помнит – так как очень плохо себя чувствовала: у нее было высокое давление (она – хронический гипертоник с инвалидностью). С ней работали два следователя: Сапетова и Мальцев. Мальцев кричал на нее, угрожал, что прямо сейчас спустит ее в подвал. Сапетова разговаривала спокойно, «входила в положение». Но при этом не давала Семеновой пить, о чем та неоднократно просила, и не давала подышать свежим воздухом, ссылаясь на необходимость проводить допрос без пауз.
«Допрос продолжался 12 часов – и когда он закончился, мне было не до чтения. Я подписывала не читая, чтобы только побыстрее уйти», – рассказала Зоя Семенова суду.
То есть следователи сознательно создали риски для здоровья допрашиваемой, чтобы обманным путем получить нужные им, заранее написанные показания. И это далеко не единичный пример – один из свидетелей умер после допроса в ГСУ.
Возмутительно, что липовое уголовное дело, сплошь состоящее из подобных «показаний», крышуется руководством МВД во главе с Колокольцевым. А также Прокуратурой Санкт-Петербурга – хотя адвокаты кооператива и обвиняемых предупреждали прокуратуру, что дело зиждется исключительно на липовых, нарисованных показаниях и развалится в суде!
Преступные следователи Сапетова, Мальцев, их коллеги по следственной группе, а также руководивший следственной группой Винокуров должны быть привлечены к уголовной ответственности! Выявленные факты должны стать предметом внимания генерального прокурора Краснова, председателя Следственного комитета России Бастрыкина и главы ФСБ Бортникова! |
Reply : |
不锈钢固定磁盒
Chinese
Deutsch
Espanol
Francais
Italiano
Portugues
Japanese
Korean
Arabic
Russian